Новое в лечении ревматоидного артрита: современные подходы и препараты

Новое в лечении ревматоидного артрита: современные подходы и препараты

Рассматриваются современные проблемы диагностики и лечения ревматоидного артрита. Подчеркивается, что стратегической задачей фармакотерапии ревматоидного артрита является не только симптоматическое улучшение, но и подавление прогрессирования и генерализации суставных поражений. Это может быть достигнуто путем терапевтического использования биологических модификаторов иммунного ответа, первым из которых стал инфликсимаб (Ремикейд), содержащий моноклональные антитела к ФНО-альфа. Рассматриваются фармакология и результаты клинического применения инфликсимаба. Отмечается, что на фоне лечения этим препаратом удается добиться выраженного клинического улучшения и замедления прогрессирования суставной деструкции даже при ревматоидном артрите, резистентном к другим базисным противовоспалительным препаратам.

Ревматоидный артрит (РА) – частое воспалительное заболевание суставов, распространенность которого в популяции превышает 1,0% [1-3], а экономические последствия сопоставимы с таковыми от ишемической болезни сердца [4]. После 20 лет от начала болезни примерно 90% пациентов, в большей или меньшей степени, теряют трудоспособность, а треть – становится полными инвалидами [2,3]. Жизненный прогноз у многих больных РА столь же неблагоприятен, как и при лимфогранулематозе, инсулин-зависимом сахарном диабете и распространенном поражении коронарных артерий. Увеличение смертности во многом обусловлено ростом сопутствующих заболеваний (инфекции, поражения сердечно-сосудистой системы и почек, остеопоретические переломы и др.), развитие которых патогенетически связано как с характерными для РА дефектами иммунитета, так и с недостаточно контролируемым ревматоидным воспалением. Хотя у многих больных с помощью современных базисных противоревматических препаратов удается достигнуть существенного замедления прогрессирования заболевания и в целом улучшить прогноз, возможность полного «излечения» от РА представляется сомнительной [5].

Диагностика РА основывается на критериях Американской коллегии ревматологов, разработанных еще в 1987 г. [6] (рис. 1). Эти критерии обладают довольно высокой чувствительностью (78-87%), но низкой специфичностью (26-47%) при «раннем» (менее 12 недель от начала болезни) РА [7]. Кроме того, они не позволяют прогнозировать течение РА с точки зрения прогрессирования деструктивных изменений в суставах и потери трудоспособности пациентов [8].

Важность ранней диагностики РА объясняется несколькими обстоятельствами [9,10]:

  • При рентгенологическом исследовании у 2/3 пациентов структурные изменения (эрозии) в суставах обнаруживаются уже в течение первых 2 лет от начала болезни.
  • Предотвращение структурных повреждений на ранних стадиях заболевания способствует сохранению функциональной активности пациентов в долговременной перспективе.
  • Промежуток времени, в течение которого активная противовоспалительная терапия может эффективно затормозить прогрессирование поражения суставов, весьма короток и иногда составляет всего несколько месяцев от начала болезни.
  • Пациенты, длительно страдающие РА, значительно хуже «отвечают» на «базисные» противовоспалительные препараты, чем больные, получавшие эту терапию уже на ранней стадии заболевания.

Таким образом, одна из причин неблагоприятного прогноза при РА – длительный период времени между началом болезни и поступлением пациента под наблюдение ревматолога, который может, уточнив диагноз, назначить адекватную базисную противовоспалительную терапию. РА представляет собой яркий пример заболеваний, при которых отдаленный прогноз во многом зависит от ранней диагностики. Разработан алгоритм, цель которого создать условия для более активного выявления пациентов с «ранним» РА на поликлиническом этапе врачами общей практики [10] (рис. 2).

Патогенетическое обоснование фармакотерапии РА

По современным представлениям, РА инициируется Т-клеточным иммунным ответом против «артритогенных» (ауто)антигенов, природа которых в настоящее время до конца не ясна. Обсуждается значение белков стрессорного шока, компонентов синовиальной оболочки или хряща и др. Активация Т-лимфоцитов индуцирует активацию макрофагов, синтезирующих широкий спектр «провоспалительных» медиаторов, в первую очередь, цитокинов, таких как фактор некроза опухоли (ФНО-альфа) и интерлейкин (ИЛ – 1) [11,12]. ФНО-альфа играет важную роль в развитии разнообразных органных нарушений (рис. 3) не только при РА, но и при других воспалительных заболеваниях человека. Полагают, что поскольку ФНО-альфа стимулирует как синтез ИЛ-1, так и широкий спектр других «провоспалительных медиаторов», именно ФНО-альфа занимает центральное место в развитии ревматоидного воспаления. В то же время ИЛ-1 играет важную роль в деструкции хряща за счет не зависимых от ФНО-альфа механизмов (рис. 4). Важный эффекторный механизм цитокин-зависимой деструкции сустава – синтез матриксных металлопротеиназ (коллагеназа, стромелизин, желатиназа) в зоне ревматоидного пануса (ведущий морфологический признак ревматоидного воспаления – эктопический очаг гиперплазии синовиальной ткани, инвазивный рост которого приводит к разрушению суставного хряща и субхондральной кости).

Стратегической задачей фармакотерапии РА является, во-первых, симптоматическое улучшение (уменьшение болей в суставах), во-вторых, подавление прогрессирования и генерализации поражения суставов. Деструкция хрящевой ткани протекает параллельно воспалению, одним из ключевых медиаторов которого являются простагландины. В то же время частично деструктивный процесс может определяться не зависимыми от воспаления механизмами. Это позволяет объяснить, почему нестероидные противовоспалительные препараты, эффективно подавляя простагландин-зависимое воспаление и боль, не оказывают существенного влияния на прогрессирование деструкции суставов.

Для подавления воспаления и патологической активации иммунной системы при РА используются разнообразные препараты (и методы лечения), которые условно можно разделить на 2 группы (табл. 1). К первой относятся глюкокортикоиды и классические «базисные» противовоспалительные средства. Ко второй – специфические ингибиторы синтеза «провоспалительных» цитокинов, в первую очередь, представители группы лекарственных средств, получивших название «биологические модификаторы иммунного ответа». Классические «базисные» противовоспалительные препараты объединяет способность подавлять за счет различных механизмов воспаление и/или патологическую активацию системы иммунитета (табл. 2). Хотя применение этих медикаментов, особенно если они назначаются на ранней стадии РА может быть достаточно эффективным. Тем не менее существует много факторов, ограничивающих возможности их использования [13].

Биологические модификаторы иммунного ответа

Одно из наиболее ярких достижений фармакотерапии воспалительных заболеваний человека связано с разработкой биологических модификаторов иммунного ответа, к числу которых относятся моноклональные антитела (мАТ) против определенных детерминант иммунокомпетентных клеток или «провоспалительных» цитокинов, рекомбинантные «антивоспалительные» цитокины и естественные ингибиторы цитокинов (растворимые рецепторы, антагонисты) [14].

Первыми внедренными в клиническую практику мАТ к ФНО-альфа, разрешенными для лечения РА, стал препарат инфликсимаб (Ремикейд, Schering-Plough) [15,16]. Препарат представляет собой химерные мАТ, состоящие из вариабильной (Fv) области высокоаффинных нейтрализующих мышиных мАТ к ФНО-альфа, соединенных с фрагментом молекулы IgG1k человека, в целом занимающей 2/3 молекулы АТ и обеспечивающей ее эффекторные функции (рис. 5).

По данным фармакокинетических исследований, у больных РА максимальная концентрация инфликсимаба в плазме (Сmax) и площадь под кривой (AUC) пропорциональны его вводимой дозе. Объем распределения соответствует внутрисосудистому, а период полужизни составляет 8-12 дней. При повторном введении инфликсимаб не накапливается в организме, его концентрация в кровяном русле соответствует вводимой дозе. Будучи белковым препаратом, инфликсимаб не подвергается опосредованному системой цитохрома Р450 метаболизму в печени. Поэтому генетический полиморфизм изоферментов цитохрома Р450, нередко обусловливающий различную частоту токсических реакций на фоне приема химиотерапевтических средств, не имеет существенного значения при лечении инфликсимабом.

Убедительные результаты, свидетельствующие о высокой эффективности длительной комбинированной терапии Ремикейдом и метотрексатом были получены в процессе международного, многоцентрового, плацебо-контролируемого исследования АTTRACT (Anti-TNFa Trial in Rheumatoid Arthritis with Сoncominant Therapy) [17]. Установлено, что положительная динамика стандартных клинических проявлений на фоне введения первой дозы Ремикейда развивается очень быстро, в течение первых 2 недель. Через 2 недели улучшение клинико-лабораторных параметров на 20% по критериям Американской коллегии ревматологов (АКР20) отмечено более чем у половины больных, а через 6 недель – почти у 90%. Эти данные свидетельствуют об очень быстром эффекте инфликсимаба, напоминающем действие пульс-терапии глюкокортикоидами. Через 30 недель положительный эффект, по критериям АКР20, был отмечен у 50% пациентов, получавших Ремикейд в дозе 3 мг/кг, 52% – в дозе 10 мг/кг препарата и лишь у 20% в группе плацебо (р + Т-лимфоцитов и поступления нейтрофилов в полость суставов. На фоне лечения инфликсимабом наблюдается снижение образования новых сосудов в синовиальной мембране, что свидетельствует об антинеоангиогенной активности препарата. Этот эффект, вероятно, связан с ингибированием синтеза сосудистого эндотелиального фактора роста (VEGF), снижение сывороточной концентрации которого зарегистрировано на фоне лечения инфликсимабом. Поскольку взаимодействие ФНО-ФНО-Р регулирует клеточный апоптоз, предполагается также, что подавление синтеза ФНО-альфа может модулировать апоптоз синовиальных клеток и, тем самым, сдерживать развитие синовиальной гиперплазии.

Таким образом, внедрение в клиническую практику инфликсимаба (Ремикейд) и других биологических модификаторов иммунного ответа стало одним из наиболее крупных достижений РА последнего десятилетия. На фоне лечения этими антителами удается добиться выраженного клинического улучшения даже у пациентов, резистентных к другим базисным противоревматическим препаратам, и замедлить рентгенологическое прогрессирование суставной деструкции. По многим параметрам лечение инфликсимабом соответствует критериям, которые в настоящее время предъявляются к оптимальной терапии РА (табл. 4). Широкое внедрение стратегии, основанной на сочетании ранней диагностики и активной терапии, в т.ч. с использованием биологических модификаторов, является одной из наиболее важных задач отечественной ревматологии. Следует отметить, что инфликсимаб все активнее используется и в других областях медицины, в частности, при лечении псориаза.

Новое в лечении ревматоидного артрита: современные подходы и препараты

Ревматоидный артрит – особое заболевание, за которым следят ревматологи всего мира уже не один десяток лет. Такое пристальное внимание обусловлено его высоким общественным и медицинским значением. Он распространён среди 0,5-2% населения в развитых промышленных странах. У страдающих этим недугом продолжительность жизни уменьшается на 3-7 лет. Огромный ущерб наносится социуму тем, что происходит преждевременная инвалидизация пациентов, наступающая в первые пять лет после начала болезни при отсутствии своевременного лечения. Что нового в лечении ревматоидного артрита придумано? Об этом далее.

Ревматоидный артрит – воспалительное заболевание хронического характера с неясной этиологией, поражающее периартикулярные ткани и периферические синовиальные суставы, характеризующееся аутоиммунными дефектами, приводящее к разрушению суставного хряща и кости.

новое в лечении ревматоидного артрита

Происхождение болезни довольно сложно и до сих пор недостаточно изучено. Однако ключевые факторы хорошо известны, и на их основе определяются методы лечения ревматоидного воспаления, в которых в последнее время достигнуты серьёзные успехи.

Чтобы рассмотреть, что нового в лечении ревматоидного артрита открыто, необходимо знать, в чем заключается терапия.

Лечение ревматоидного артрита

Для того чтобы успешно лечить ревматоидный артрит, нужен комплексный подход. В том числе следует помогать больным решать социальные, психологические и бытовые вопросы. Порой немедикаментозные методы способствуют улучшению.

В определённых случаях пользу может принести ограничение нагрузок на воспалённые суставы. Для сохранения их неподвижности используются шины. Улучшить функции сустава и ослабить боль помогают различные ортопедические (и не только) приспособления, которые позволяют его зафиксировать и пресечь смещение поверхностей.

Большую роль играет также лечебная физкультура, сохраняющая силу мышц и объём движений суставов без увеличения воспалительных процессов. Повседневная и профессиональная жизнедеятельность пациентов должна быть перестроена таким образом, чтобы способствовать максимальному повышению качеству жизни и работоспособности без перегрузки суставов. Итак, что нового в лечении ревматоидного артрита?

современные методы лечения ревматоидного артрита

Современные подходы к терапии

Современное лечение своей главной целью имеет неспецифическое подавление в организме воспалительных реакций и уменьшение иммунных изменений. Однако такие методики позволяют только улучшить общее состояние и продлить ремиссию, снизив при этом все деструктивные процессы в суставах. Полного же излечения не происходит. Современные методы лечения ревматоидного артрита заслуживают рассмотрения.

В настоящее время, когда медицинские технологии становятся всё более продвинутыми, стало известно, что хронический воспалительный процесс развивается в связи с активацией иммунокомпетентных клеток – Т-лимфоцитов и макрофагов. Как следствие, выделяются клеточные медиаторы, провоцирующие рост иммунных комплексов (ревматоидных факторов), в 80% случаев находящихся в крови при анализе. Их возникновению способствует увеличение соединительной ткани в синовиальной суставной оболочке, вызывающее воспаление. Современные методы лечения ревматоидного артрита включают:

  • нестероидные противовоспалительные средства;
  • синтетические базисные противовоспалительные препараты;
  • антибактериальную терапию;
  • глюкокортикоидные препараты.

В основе медикаментозного лечения лежат два направления:

Нестероидные противовоспалительные препараты

Лечение с помощью нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП) даёт хороший результат, так как болевая активность снижается на несколько часов, однако длительного эффекта нет. Препараты значительно облегчают больному жизнь, но вылечить артрит, используя НПВП, не представляется возможным, поскольку отмена их приёма снова возобновляет болезненные ощущения.

Сначала назначаются менее токсичные лекарства, быстро усваиваемые организмом и легко выводимые: «Мовалис», «Ибупрофен», «Наклофен», «Диклофенак». Более тяжёлые препараты – «Кеторолак» и «Индометацин» – назначаются в последнюю очередь, так как, помимо более высокой токсичности и длительного выведения, могут оказать побочное влияние на почки и печень.

Подбирая НПВП, нужно учитывать, что отсутствие эффекта в первые 3-5 дней сигнализирует о необходимости замены препарата другим. Новейшие методы лечения ревматоидного артрита интересуют многих.

Лечение с помощью базисных противовоспалительных средств

Применение базисных противовоспалительных препаратов – важная составляющая лечения артрита всех пациентов, у которых не обнаружены противопоказания к таким средствам. Оптимально назначать подобную терапию вначале, так как эффект в этот период будет наиболее выраженным.

ревматоидный артрит новые методы лечения в россии

Препараты данной категории способствуют продолжению ремиссии, быстро улучшают лабораторные показатели, снижают клинические проявления болезни и сдерживают разрушение суставов. Наличие большого числа побочных эффектов обусловливает то, что лечение такими средствами должно осуществляться под строгим контролем. Эффект появляется в течение нескольких недель, а результат может быть непродолжительным. Улучшение покажут лабораторные анализы: уровень лейкоцитов, белка в крови и СОЭ снижается.

Выделяются две группы препаратов базисной терапии:

  • Наиболее эффективные – «Метотрексат», «Лефлуномид», «Циклофосфамид».
  • Менее эффективные и более токсичные.

Какие самые современные препараты для лечения ревматоидного артрита?

Исследования показывают, что высокоэффективным является «Циклоспорин», если принимать его большими дозами, хотя он негативно влияет на желудок и почки. Снижение дозировки делает процесс лечения долгим, но нагрузки на организм при этом незначительны. Использование «Циклоспорина» вместе с «Метотрексатом» имеет больший успех, чем их раздельный приём. Артрит можно излечить, используя базисную терапию в течение двух-трёх лет и более.

Гормональное лечение

Гормональная терапия играет важную роль в лечении артрита, поскольку способна влиять на множество метаболических процессов в организме. Для того чтобы снять воспаление, повсеместно используются гормоны коры надпочечников.

К таким препаратам относятся «Преднизолон» и «Преднизон». Их вводят внутривенно или же в сам сустав. Гормонотерапия применяется при тяжёлых формах ревматоидного артрита.

Выбирать препарат, способ введения и дозировку нужно с учётом индивидуальных характеристик. Стоит помнить, что даже самые новые гормональные средства – это стероиды, подвергающие организм человека значительным изменениям, которые в большинстве случаев имеют необратимый характер. Современные методы в лечении ревматоидного артрита предполагают применение биологических средств.

современные препараты для лечения ревматоидного артрита

Биологические агенты

Использование биологических препаратов в отличие от базисных даёт более быстрый эффект, наступающий в течение нескольких недель. Средства, входящие в эту категорию, применяют вместе с нестероидными противовоспалительными и гормонотерапией.

Связыванию фактора роста некроза способствует «Этанерцепт». Препарат «Анакинра» является менее действенным и назначается в редких случаях, если блокаторы не дают положительного результата. «Абатацепт» применяется при тяжёлом протекании ревматоидного артрита: он блокирует функционирование иммунной системы и не даёт Т-клеткам активизироваться в организме. Новые методы лечения ревматоидного артрита в России применяются все чаще.

Читайте также:  Тромблесс: инструкция по применению, цена, отзывы, аналоги

На сегодняшний день используются следующие биологические агенты: “Кинерет”, “Оренция”, “Энбрел”, “Ритуксан”, “Хумира”, “Ремикейд”. Единственным недостатком этих медицинских препаратов можно назвать их высокую стоимость. Чтобы получить новую терапию артрита в России, можно воспользоваться государственной системой квот.

Биологические препараты следует принимать осторожно, вводить лекарства нужно только под контролем специалистов в условиях стационара. Ввод медикаментов может продолжаться несколько часов. Такие лекарства назначаются больным с угнетённой иммунной системой после предварительного комплексного обследования на туберкулёз, онкологию и венерические болезни. Подобные меры необходимы по той причине, что препараты данной группы серьёзно влияют на иммунитет и ослабляют его.

Своевременная и грамотная терапия ревматоидного артрита помогает достичь высокого результата в минимальные сроки. Во время обострения заболевания нужно увеличить дозировку и пройти госпитализацию в стационарных условиях. Прервать воспалительные процессы и боль можно с помощью гормональных лекарств.

Мы рассмотрели, что есть на сегодняшний день нового в лечении ревматоидного артрита. Надеемся, эта информация будет полезной.

Самые эффективные препараты от ревматоидного артрита

Ревматоидный артрит – это хроническое воспалительное заболевание соединительной ткани, которое чаще всего проявляется в мелких суставах рук и ног. Опасность болезни кроется в ее системности и высокой степени инвалидизации. Будучи аутоиммунным заболеванием, ревматоидный артрит может поразить практически любой сустав тела, а также часто ведет к полиартритам (поражениям 4-х и более суставов). Также он может проявиться в органах тела – сердце, легких, глазах, почках, сосудах и других. Вследствие этого частично или полностью утрачивают трудоспособность и способность к самообслуживанию до 70% больных, а в особо тяжелых случаях, оставленных без лечения, возможен даже летальный исход.

Ревматоидному артриту подвержены от 1 до 5% людей старше 45 лет, при этом женщины болеют в среднем в 3-5 раз чаще мужчин из-за природно высокого иммунитета. Поэтому важно быть внимательными к малейшим проявлениям заболевания, вовремя диагностировать его и выбирать хорошие препараты от ревматоидного артрита в соответствии с предписаниями врача.

Ревматоидный артрит чаще всего проявляется в мелких суставах рук и ног

Ревматоидный артрит – это хроническое воспалительное заболевание соединительной ткани

Отличительные признаки ревматоидного артрита

Симптомы ревматоидного артрита обычно носят комплексный характер и наблюдаются не только в суставах. Но чаще всего о начале болезни возвещает:

  • боль и дискомфорт в пальцах рук или ног;
  • скованность, нарастающие затруднения при сгибании-разгибании суставов, в особенности, после нагрузок, с утра, после долгого неподвижного отдыха;
  • припухлость пораженных суставов, выраженные отеки;
  • краснота, разгоряченная кожа и другие симптомы воспаления над пораженными суставами;
  • снижение выносливости, повышенная утомляемость – как пораженных частей тела, так и общая;
  • повышение температуры тела (37-38°С);
  • слабость, хроническая усталость;
  • трудности с дыханием, одышка при малейших физических нагрузках;
  • анемия, бледность слизистых.

К этим симптомам может добавляться боль в животе и/или грудной клетке, воспаление сосудистой оболочки глаза (увеит), высыпания на коже.

Первые симптомы болезни обычно проявляются после потрясения для организма: физического или психоэмоционального перенапряжения, инфекции, аллергии, гормональной перестройки или воздействия других неблагоприятных факторов.

Форма выпуска препаратов от ревматоидного артрита

В зависимости от стадии и специфики протекания болезни, а также удобства пациента, медикаментозная терапия ему может быть назначена в виде средств для перорального приема и инъекций.

Таблетки и капсулы

Препараты от ревматоидного артрита в таблетках и капсулах легко дозируются и не требуют проведения манипуляций медицинскими работниками. Их минусом является сравнительно невысокая биодоступность активных веществ (70-80%). Некоторые группы медикаментов для лечения артрита (например, нестероидные противовоспалительные средства, глюкокортикоиды) могут поражать слизистые и не применяются для пациентов с язвенной болезнью, гастритом, дуоденитом, диспепсией и другими заболеваниями желудочно-кишечного тракта. Поэтому они также требуют подключения гастропротективных лекарств на время курса, обычно не подходят для постоянного применения. Препараты в таблетках и капсулах обычно следует принимать строго после еды.

Как правило, препараты в таблетках несколько дешевле капсул или растворов для инъекций, а иногда содержат более высокую концентрацию действующих веществ. При этом таблетки начинают действовать медленнее, зато обеспечивают более длительный терапевтический эффект. Из-за перорального приема действующие вещества таблеток подвергаются частичному разрушению в пищеварительном тракте и, увы, не полностью усваиваются организмом в желудке. Капсулы, напротив, быстродействующая форма выпуска, которая имеет защитную оболочку от соляной кислоты, не имеют вкуса и запаха, но гораздо проще портится (например, при ношении в сумке). При трудностях с подвижностью пальцев, во время воспалительных болезней горла извлечение из блистера проглатывание таблеток и капсул может представлять дополнительные неудобства.

Уколы препаратами для лечения ревматоидного артрита

Инъекционное лечение ревматического артрита препаратами может проводиться внутрисуставно, внутримышечно или внутривенно.

Внутрисуставное введение медикаментов от артрита считается крайней мерой, поскольку вызывает дополнительную микротравматизацию сустава, может вызывать усиление иммунного ответа и риск прогрессирования вторичного артроза. Кроме того, препараты для лечения ревматоидного артрита в уколах имеют мелкокристаллическую структуру, а потому могут травмировать суставной хрящ.

В/м и в/в инфекции минуют желудок, а потому не разрушают слизистые ЖКТ. Однако для правильного проведения инъекций нужны специальные навыки. Также препараты для лечения ревматоидного артрита в уколах не подходят для длительного применения в силу болезненности введения.

Саше от ревматоидного артрита

Саше – это разовая доза лечебного порошка в пакетике. В отличие от препаратов для лечения ревматоидного артрита в уколах и таблетках, саше практически не имеют их недостатков. Их легко дозировать, легко отслеживать прохождение курса. Саше принимают с ½ стакана теплой воды, поэтому они имеют приятный вкус фруктового напитка. Прием саше не требует участия медицинских работников и не создает трудностей при проглатывании. Благодаря отличной растворимости, эта форма выпуска усваивается минимум на 90% и обладает максимальной биодоступностью.
Некоторые препараты для лечения ревматического артрита (например, хондропротекторы) в форме саше можно применять на постоянной основе. К числу таких медикаментов для лечения артрита относится Артракам, который входит в список лучших хондропротекторов при ревматоидном артрите.

Фармакологические группы препаратов от ревматоидного артрита

Ревматоидный артрит требует комплексного лечения, направленного на снятие воспаления и болевого синдрома, подавление иммунной реакции, заживление эрозий на суставных поверхностях, восстановление питания сустава и околосуставных тканей. Этой цели служат различный фармгруппы медикаментов для лечения артрита.

Иммуноподавляющие препараты для лечения ревматоидного артрита

В качестве основной группы препаратов при ревматоидном артрите используются иммунодепрессанты – средства, которые избирательно подавляют активность некоторых иммунных клеток. Поскольку иммуносупрессанты имеют различный профиль, при ревматоидном артрите назначают исключительно препараты, предназначенные для подавления аутоиммунитета. Они помогают снять воспаление, и боль, остановить разрушение суставных поверхностей, а в некоторых случаях – даже дают суставам “отсрочку”, чтобы восстановиться.

Иммуномодуляторы всегда сочетают с противовоспалительными средствами и хондропротекторами.

Как правило, средства базисной терапии принимают 1 раз в неделю.

Базисные препараты для лечения ревматоидного артрита применяются курсами или на постоянной основе пожизненно. Обратите внимание, что при ОРВИ и других заболеваниях прием иммунодепрессантов следует прекратить до полного выздоровления.

Иммунодепрессанты выпускают в таблетках, капсулах и растворах для инъекций. Наилучший эффект достигается при комбинации 2-3 базисных препаратов одновременно.

Нестероидные противовоспалительные препараты для лечения ревматоидного артрита

Нестероидные противовоспалительные препараты при лечении ревматоидного артрита помогают снизить активность медиаторов воспаления (простагландинов, ферментов). Они снимают отек и воспаление, убирают болевой синдром нормализуют кровообращение и метаболизм тканей вокруг сустава, облегчают движение в больном сочленении. НПВП раздражают слизистые желудка и кишечника, а потому применяются короткими курсами по 10-12 дней, для снятия обострений. Эта группа медикаментов для лечения артрита оказывает лишь симптоматический эффект и не помогает восстановить сустав или остановить прогрессирование болезни.

НПВП выпускают в форме таблеток, капсул, инъекционных растворов, гелей и суппозиториев.

Глюкокортикоидные средства

Глюкокортикостероидные (гормональные) препараты применяют лишь в тех случаях, когда действия НПВП недостаточно, чтобы снять боль. Поскольку такие лекарства имеют серьезные противопоказания и осложнения, ревматологи рекомендуют использовать их короткими курсами не чаще 1-3 раз в год. В тяжелых случаях возможно применение преднизолона до 6-12 месяцев. Более частый и длительный их прием оправдан лишь при резко неблагоприятном течении болезни, быстром ее прогрессировании, тяжелых осложнениях от базисной терапии.

Глюкокортикоиды можно принимать только по назначению врача и в строгом соответствии с дозировкой, иначе состояние суставов может даже ухудшиться.

Препараты от ревматоидного артрита

Существует множество видов препаратов от ревматоидного артрита

Хондропротективные препараты от ревматоидного артрита

Хондропротекторы – это группа препаратов для лечения ревматоидного артрита, которые содержат глюкозамина и/или хондроитина сульфат. Они помогают:

  1. Обогатить синовиальную жидкость, качество которой страдает при воспалительном процессе. Состав синовиальной жидкости – естественной смазки сустава – напрямую связан с его здоровьем. При недостаточной вязкости смазка не обеспечивает скольжение суставных поверхностей и нормальную амортизацию сустава. Ее обеднение приводит к тому, что хрящевая ткань недополучает питательные вещества, теряет упругость, пересыхает и растрескивается. При этом тормозится также нормальная регенерация хряща, ведь новые клетки вырастают неустойчивыми и быстро разрушаются.
  2. Укрепить клетки хрящевой ткани, сделав их более устойчивыми к неблагоприятным факторам. Это помогает наращивать новую хрящевую ткань и даже полностью восстанавливать небольшие очаги эрозии на хрящево выстилке сустава. Благодаря хондропротекторами прогрессирование болезни замедляется. Поддержание и сохранение хряща помогает отсрочить инвалидность при ревматоидном артрите на долгие годы!
  3. Обойтись без перехода на более тяжелые препараты или отсрочить их применение.

Для достижения стойкого эффекта хондропротекторы принимают длительными курсами по 3-6 месяцев 1-2 раза в год. Поскольку они практически не имеют противопоказаний и не могут вызвать осложнения, эта группа препаратов остается одной из предпочтительных в лечении ревматоидного артрита.

Хондропротекторы выпускают в форме таблеток и капсул, инъекций, саше и гелей. Одним из лучших хондропротекторов считается Артракам.

Ангиопротекторы и корректоры микроциркуляции

Корректоры микроциркуляции применяются в качестве вспомогательных лекарственных средств для профилактики осложнений. От качества кровообращения, в т.ч. в мелких капиллярах, зависит питание сустава. В тяжелых случаях сбои в работе кровеносной системы и субхондральный склероз суставных поверхностей могут приводить к отмиранию (некрозу) костных головок, образующих сустав.

Отек, воспалительный процесс могут вызывать сдавление суставных стенок; нередок при ревматоидном артрите и васкулит (воспаление сосудов).

Спазмолитики и миорелаксанты

Воспалительный процесс в суставе оказывает воздействие и на мягкие околосуставные ткани. Мышцы и связки не становятся исключением. Постоянное мышечное напряжение ускоряет атрофию мышц при ревматоидном артрите из-за их разрушения, усиливает ощущение усталости. Спазмы также могут причинять серьезный дискомфорт: усиливать или вызывать болевые ощущения (спастические боли), мешать нормальному сну, передвижению пациента и выполнению им бытовых дел, вызывать нарушения мелкой моторики.

Препараты нового поколения для лечения ревматоидного артрита

Под лекарствами нового поколения в лечении ревматоидного артрита подразумевают генно-инженерные биологические препараты, которые контролируют течение болезни. Т.н. таргетная терапия синтетическими препаратами длится около 3-6 месяцев с момента выявления симптомов РА.

Применение средств нового поколения обусловлено тем, что при ревматоидном артрите хрящ “самоповреждается” ферментами из пораженных клеток. Повышенная выработка цитокинов при этом запускает каскадную реакцию в клетках, провоцируя хроническое воспаление и, как следствие, инвалидизацию пациента.

Современные биопрепараты помогают затормозить этот процесс за счет блокировки цитокинов (информационные молекулы, которые отвечают за иммунные реакции организма) или выработки антител к ним, инактивации Т-лимфоцитов, либо иначе предотвращают передачу сигналов атакующим иммунным клеткам.

В некоторых случаях, по мнению ревматологов, можно обойтись препаратами нового поколения для лечения ревматоидного артрита.

Препараты для лечения ревматоидного артрита на разных стадиях

Специфика лечения зависит от того, насколько далеко зашли изменения в хрящевой и костной ткани сустава. Поскольку многие лекарства от ревматоидного артрита при длительном приеме отрицательно сказываются на состоянии внутренних органов, врачи стараются идти от безопасных препаратов к сильнодействующим.

1-я стадия заболевания

После купирования первого воспаления при ревматоидном артрите показан прием хондропротекторов и иммунодепрессантов. Такая поддерживающая терапия дает организму возможность восстановиться самостоятельно

НПВС применяются только в острой фазе заболевания. Также на ранних этапах РА возможна длительная ремиссия, которая поддерживается не применением тяжелых препаратов, а соблюдением диеты. Важно одеваться по погоде, чередовать периоды нагрузки и периоды отдыха, поменьше нервничать, принимать витамины курсами 2 раза в год.

На 1-й стадии болезни никогда не применяются глюкокортикоиды – они показаны лишь при деструктивном процессе с образованием костных эрозий. Спазмолитики, обезболивающие препараты и корректоры микроциркуляции, как правило, не требуются.

Препараты для лечения ревматоидного артрита на разных стадиях

На ранних стадиях артрита важно соблюдать умеренный образ жизни и режим дня

2-я стадия заболевания

На второй стадии болезни к хондропротекторам и иммунодепрессантам ревматологи обычно подключают противовоспалительные средства (НПВП), ангиопротекторы, противоотечные препараты, при наличии спазмов – миорелаксанты. Помимо наружных средств (гелей, мазей, кремов, бальзамов) добавляются препараты системной терапии. При неблагоприятном течении обычно назначают препараты для лечения ревматоидного артрита нового поколения.

3-я стадия заболевания

Для ревматоидного артрита 3-й стадии характерна выраженная деструкция суставов, поэтому базисная терапия, препараты для лечения ревматоидного артрита нового поколения, НПВС и глюкокортикоиды выходят на первое место, а хондропротекторы принимаются исключительно как вспомогательное поддерживающее средство. Также больным могут назначать дополнительные медикаменты, чтобы сгладить побочные эффекты от основной терапии.

4-я стадия заболевания

На последней стадии болезни медикаментозное лечение неэффективно. Больным показана операция.

Надеемся, эта статья поможет вам в лечении ревматоидного артрита у вас и ваших близких!

Новое в лечении ревматоидного артрита: современные подходы и препараты

Мешков Алексей Дмитриевич, врач‑ревматолог, старший научный сотрудник лаборатории заболеваний костно‑мышечной системы Российского геронтологического научно‑клинического центра РНИМУ им. Н.И. Пирогова, к.м.н.

Пациентка заболела ревматоидным артритом (РА) в возрасте 66 лет. Болезнь дебютировала с эпизодов припухания, болей в мелких суставах кистей рук. Лабораторные данные на момент начала болезни неизвестны. Проводилось лечение нестероидными противовоспалительными препаратами (НПВП), сульфасалазином в дозе 2 г в день. Видимо, эта терапия была недостаточной, поскольку артриты стали постоянными, присоединилась утренняя скованность. К этому времени (от момента дебюта болезни прошло уже более 1 года) относятся первые известные клинические и иммунологические показатели – повышение СОЭ, СРБ, высокие титры ревматоидного фактора и АЦЦП, что на сегодняшний день позволяет уверенно подтвердить диагноз ревматоидного артрита.

Было назначено лечение, не противоречащее современным клиническим рекомендациям, – метотрексат в дозе 10 мг в неделю и метилпреднизолон 8 мг в сутки. А вот логика терапевтического подхода, выбранная в качестве продолжения лечения, представляется не вполне понятной. Как и ожидалось, на рекомендованном лечении пациентке достаточно быстро стало лучше. Дважды предпринимались попытки снижения дозы глюкокортикостероидов (ГКС), оба раза безуспешно – при уменьшении дозы обострялся артрит. Неизвестно, являлось ли это следствием плохой комплаентности пациентки (имеются достаточно выраженные когнитивные нарушения) или это была осознанная врачебная тактика, но ни разу не предпринималось попыток увеличения дозы метотрексата.

Читайте также:  Нипертен – инструкция по применению таблеток, цена, аналоги, отзывы

Спустя 2 года терапии ГКС у пациентки происходит компрессионный перелом позвоночника (L5), в связи с чем она попадает к эндокринологам. Начинается терапия препаратами кальция, витамина Д3, назначается деносумаб. Эндокринологи рекомендуют пациентке обратиться к ревматологу.

Он постепенно увеличивает дозы метотрексата до 25 мг в неделю. Это позволяет за год отказаться от использования ГКС. Несмотря на кратковременные эпизоды ухудшения состояния после каждого снижения дозы ГКС, надпочечниковая недостаточность у пациентки не развилась, и удалось удержать ремиссию артрита. Компрессионных переломов за это время больше не произошло, и в целом прогноз в данном случае представляется достаточно благоприятным.

Treat to target

Среди пациентов достаточно часто встречается мнение, что метотрексат и другие цитостатики – это «химия» и что это лечение «погубит» иммунную систему или «разрушит» внутренние органы. Порой переубедить больного на приеме очень сложно, на это требуется время, силы, психологическая устойчивость и обширные знания. Не всегда у врача все эти ресурсы в достатке, и в результате пациенты получают минимальные (и поэтому неэффективные) дозы метотрексата или вообще отказываются от его использования. В дальнейшем не происходит эскалации терапии и не соблюдаются требования ключевой стратегии лечения ревматоидного артрита – treat to target.

Другая, не менее опасная ситуация кроется в гормональных препаратах (ГКС). По данным британского ретроспективного анализа, ГКС назначаются более чем половине амбулаторных больных с РА. Они разрешены при старте терапии или обострении заболевания (смене базисных препаратов), но с оговоркой, что большинство актуальных клинических рекомендаций требует их отмену после 3 месяцев лечения, реже – после 6. На мой взгляд, тут таится главная опасность – назначая ГКС, врачи не всегда предупреждают больных о необходимости их отмены. Или предупреждают, но пациенты недостаточно адекватно и внимательно воспринимают эту информацию. Более того, если удалось достигнуть ремиссии с помощью сочетания гормональных препаратов и метотрексата, проще, конечно, оставить все лечение «как есть» – увеличение дозы метотрексата, снижение дозы гормонов сопряжено с дополнительными действиями, необходимостью контроля анализов, повторных визитов к врачу, что может быть обременительно для пациента, а иногда даже для специалиста.

Со стороны пациентов ситуация тоже неоднозначная. Как и про метотрексат, большинство «начинающих» пациентов уже прочитали в интернете, узнали на форумах о побочных эффектах ГКС, и в этом, безусловно, много плюсов. Но в дебюте ревматоидного артрита боль может быть такой сильной, что не помогают НПВП, и тогда таблетка метилпреднизолона или преднизолона, пусть даже «страшная», но невероятно эффективная, впервые приносящая существенное облечение, начинает рассматриваться больным как единственно верное и возможное лечение. Самочувствие хорошее, побочных эффектов лечения в «медовый месяц» ГКС терапии нет, зачем в таком случае обращаться к врачу, если ничего не болит?

Таким образом, мы видим, что на первых (и самых важных) этапах встречи ревматолога и его пациента могут возникнуть сложности с обеих сторон, которые при неблагоприятном стечении обстоятельств способны привести к тому, что больные будут годами принимать ГКС при ревматоидном артрите.

В первые месяцы это действительно может оказаться win‑win решением, приносящим пользу и пациенту, и результат врачу, поэтому ГКС и присутствуют в современных клинических рекомендациях. Но основная сложность и уловка, как я писал выше, состоит в том, что у многих пациентов, начавших лечение ГКС, такая терапия может продолжаться годами. В конечном счете, спустя годы, а у некоторых пациентов, имеющих сопутствующие болезни, и месяцы все обернется во вред и пациенту, и врачам, которым придется справляться с этой, уже более сложной, ситуацией.

Осознанное назначение – от короткого до пожизненного приема

Очень важная оговорка – речь в данном случае идет о ревматоидном артрите, как наиболее частом и «классическом» артрите, и по большей части может быть экстраполирована на другие артриты. При лечении спондилоартритов, тем более с изолированным аксиальным поражением, места системным ГКС еще меньше. И принципиально важно отделять в данном случае системные заболевания, такие как системная красная волчанка, васкулиты и некоторые другие, при которых, несмотря на несомненные успехи по расширению стероид‑сберегающих схем лечения и дифференциальный подход с использованием минимально необходимых доз ГКС, именно эта группа препаратов остается ключевой и в большинстве случаев позволяет спасти орган или жизнь больного и, как правило, назначается для длительного приема, порой пожизненного.

В случае «осознанного» назначения ГКС при системных заболеваниях, как правило, и врач, и пациент знают, что это необходимый и единственно верный шаг, и заранее обсуждают все возможные побочные эффекты и пути их минимизации. Понимание того, что данное лечение будет долгим, позволяет сразу начинать профилактику осложнений. Фактически, в соответствии с современными схемами профилактики или лечения остеопороза, при приеме ГКС практически всем пациентам помимо препаратов витамина Д3 и кальция сразу необходимо назначать бисфосфонаты. В тех же ситуациях, когда назначение ГКС планируется ненадолго, как правило, внимания профилактике осложнений уделяется меньше, и поэтому неконтролируемый дальнейший прием ГКС без наблюдения врача может оказаться более разрушительным.

В случае ревматоидного артрита использование ГКС неблагоприятно в двух направлениях. Первое – это хорошо известные побочные эффекты стероидной терапии: остеопороз с компрессионными переломами, гликемические нарушения, катаракта, повышенный риск сердечно‑сосудистых катастроф и инфекций. Второе – остается открытым вопрос, одинакова ли скорость рентгенологического прогрессирования при достижении ремиссии только за счет базисных противовоспалительных препаратов (БПВП) или комбинации меньших доз БПВП в сочетании с ГКС. Хотя было показано, что добавление ГКС к базисным препаратам (БПВП) в случае активного РА позволяет замедлить рентгенологическое прогрессирование, прямых сравнений исходов при достижении ремиссии на БПВП или БПВП+ГКС не проводилось. Видимо, существенной необходимости в таких исследованиях и не будет: кроме ГКС сейчас в арсенале врачей есть большое число препаратов, достоверно замедляющих рентгенологическое прогрессирование ревматоидного артрита. Это стандартные синтетические препараты, которые можно использовать в том числе в комбинациях, генно‑инженерные биологические препараты и относительно новая группа – ингибиторы янус‑киназ. Трудно представить, что ни один вариант из этого множества препаратов не подойдет больному.

Конечно, есть и ограничения – редко удается полностью отменить ГКС у пациентов, получавших их десятилетиями, и иногда терапия с использованием ГКС является единственным возможным способом помощи у пациентов с активным хроническим инфекционным процессом. Также ГКС могут быть нужны в случае системных проявлений РА. Безусловно, каждый врач сможет найти в своей практике случаи, когда долгосрочное лечение без ГКС было невозможно. Но это скорее исключение, чем правило.

Своя ниша

Не хочу, чтобы сложилось впечатление, что я категорически против ГКС при РА. У этих препаратов есть своя и очень важная область использования, но, как многое в медицине, соотношение пользы и вреда зависит от нюансов: дозы, пути введения и, главное, продолжительности терапии. Возможно, нужно учитывать и комплаентность – в случае, когда пациент плохо выполняет рекомендации врача, вероятно, предпочтительнее выглядит инъекционная терапия, поскольку пациенту самостоятельно ее продолжать невозможно. Может быть, нужно настойчиво доносить до больных, что при данном заболевании это только временная мера и через 3 или максимум через 6 месяцев ГКС обязательно нужно будет отменить. С другой стороны, абсолютно понятны проблемы доступности специализированной помощи и препаратов, особенно на этапе перехода на терапию «второй линии» – генно‑инженерные и таргетные синтетические препараты.

Безусловно, у ГКС есть определенное и вполне заслуженное место в лечении ревматоидного артрита, но при этом важно минимизировать сроки их использования и не считать ремиссию на фоне их приема хорошим результатом. И мне сложно не назвать маленькими победами те случаи, когда удается полностью отменить ГКС у пациентов с РА.

Современные принципы лечения ревматоидного артрита: акцент на раннюю агрессивную терапию

Обсуждаются современные рекомендации по лечению ревматоидного артрита, принципы лечения до достижения цели (treat to target), дается обоснование ранней агрессивной терапии.

Представлены данные, говорящие об особой роли генно-инженерных биологических препаратов для достижения ремиссии, на примере этанерцепта и других препаратов из группы ингибиторов ФНО-альфа.

  • КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: ревматоидный артрит, артрит, ревматология

Обсуждаются современные рекомендации по лечению ревматоидного артрита, принципы лечения до достижения цели (treat to target), дается обоснование ранней агрессивной терапии.

Представлены данные, говорящие об особой роли генно-инженерных биологических препаратов для достижения ремиссии, на примере этанерцепта и других препаратов из группы ингибиторов ФНО-альфа.

Таблица 1. Зарегистрированные в России для лечения РА биологические генно-инженерные препараты (ГИБП)

В конце ХХ – первом десятилетии XXI в. достигнуты значительные успехи в терапии ревматоидного артрита (РА). Тем не менее это тяжелое воспалительное ревматическое заболевание остается одной из важнейших проблем научной и практической ревматологии. Распространенность РА достигает 0,5–2% от общей численности населения. Это аутоиммунное ревматическое заболевание неизвестной этиологии, появляющееся в первую очередь хроническим эрозивным артритом (синовитом), для которого характерно прогрессирующее течение с полиартикулярным поражением и вовлечением внутренних органов.

  • РА – гетерогенное заболевание по клинико-иммунологическим характеристикам, воспалительной активности и скорости прогрессирования деструктивных изменений;
  • основными факторами, определяющими исходы РА, являются выраженность и персистенция воспалительной активности;
  • существует ранняя стадия болезни, когда лечение максимально эффективно;
  • рано назначенная патогенетическая терапия позволяет в той или иной степени контролировать активность РА, включая возможность развития стойко низкой активности болезни и клинической ремиссии;
  • различные методы патогенетической терапии могут обладать неодинаковым потенциалом в отношении торможения структурных нарушений.
  • немедленное начало активной терапии после установления диагноза;
  • активное ведение больного, тщательный контроль его состояния;
  • подбор терапии при недостаточной эффективности.

В программе Т2Т не указываются конкретные методы лечения, но обозначены общие принципы и рекомендации по оптимальному ведению больных. Достигнутый консенсус основывается на данных, полученных при системном анализе литературы, описывающей стратегические терапевтические подходы, обеспечивающие наилучшие результаты. Последние положения были приняты в марте 2009 г., в их разработке участвовали 60 экспертов из 25 стран Европы, Северной и Латинской Америки, Японии и Австралии, а также представители пациентов. В рекомендациях не упоминается никаких конкретных препаратов либо классов препаратов; первостепенное значение здесь придается терапевтическим стратегиям, нацеленным на улучшение помощи пациентам с РА.

Общие принципы Т2Т сформулированы следующим образом.

А. Лечение ревматоидного артрита следует проводить на основании совместного решения пациента и врача-ревматолога.

B. Основная цель при лечении больного ревматоидным артритом – обеспечить максимально продолжительное сохранение высокого качества жизни, связанного с состоянием здоровья, путем контроля над симптоматикой, предотвращения структурного поражения суставов, нормализации функции и социальных возможностей пациента.
C. Подавление воспаления – важнейший способ достижения этой цели.
D. Лечение до достижения цели с помощью оценки активности заболевания и соответствующего подбора терапии способствует оптимизации исходов при РА.

  1. Первичная цель лечения ревматоидного артрита – достижение состояния клинической ремиссии.
  2. Клиническая ремиссия определяется как отсутствие признаков значимой воспалительной активности.
  3. Хотя основной целью остается достижение ремиссии, на основании имеющихся научных данных допустимо считать приемлемой альтернативной целью лечения достижение низкой активности заболевания, особенно при стабильном состоянии и длительно протекающем заболевании.
  4. До тех пор, пока не будет достигнута цель лечения, пересмотр лекарственной терапии необходимо осуществлять не реже 1 раза в 3 месяца.
  5. Необходимо регулярно оценивать и документировать данные об активности заболевания: стоянии ремиссии – реже (1 раз в 3–6 месяцев).
  6. В каждодневной клинической практике для принятия решений о лечении необходимо использовать валидированные комплексные показатели активности заболевания, включающие оценку состояния суставов.
  7. Помимо использования комплексных показателей активности заболевания, при принятии клинических решений необходимо учитывать структурные изменения и нарушения функции.
  8. Желаемая цель лечения должна поддерживаться в течение всего течения заболевания.
  9. На выбор (комплексного) показателя активности заболевания и целевых параметров могут повлиять сопутствующие заболевания, индивидуальные особенности пациента и риски, связанные с приемом лекарственных препаратов.
  10. Пациент должен быть в достаточной степени информирован о цели лечения и запланированной стратегии для достижения этой цели под наблюдением ревматолога.
  • нацеленность на сохранение качества жизни и социальной активности (в противовес зачастую имеющей место практике быстрого определения инвалидности);
  • необходимость тщательногоконтроля над процессом лечения с использованием современных интегральных показателей активности болезни и, соответственно, повышение роли специалиста-ревматолога в системе оказания медицинской помощи;
  • подтверждена необходимость как можно более активного подавления воспалительного процесса с целью достижения ремиссии, что стало возможным с внедрением генно-инженерных биологических препаратов;
  • поддержание достигнутого улучшения при помощи целенаправленной терапии на протяжении всего заболевания (фактически – всей жизни больного), что диктует необходимость улучшения медикаментозного снабжения.
  • метотрексат среди всех синтетических БПВП наиболее эффективен в отношении активности РА и структурных повреждений;
  • лефлуномид близок к метотрексату по эффективности;
  • сульфасалазин и соли золота (инъекционные) эффективны в отношении симптоматики и структурных повреждений;
  • циклоспорин, гидроксихлорохин, миноциклин, такролимус ставного синдрома;
  • ауранофин и Д-пеницилламин не имеют строго доказанного превосходства над плацебо;
  • циклофосфамид и азатиоприн повышают риск опухолей и инфекций.
  • глюкокортикоиды эффективны в качестве бридж-терапии (то есть при относительно кратковременном назначении в низких и средних дозах на период до наступления терапевтического эффекта от действия БПВП либо при смене базисных препаратов);
  • при раннем РА низкие дозы глюкокортикоидов (? 7,5 мг/сут в пересчете на преднизолон) могут уменьшать рентгенологическое прогрессирование;
  • при развернутом и позднем РА дозы глюкокортикоидов ? 15 мг/сут способствуют снижению активности болезни;
  • доза глюкокортикоидов может медленно снижаться по достижении успеха.
  • эффективны при первичном назначении у больных, не получавших ранее метотрексат: инфликсимаб, адалимумаб, этанерцепт, абатацепт;
  • эффективны у больных с недостаточной эффективностью метотрексата: инфликсимаб, адалимумаб, этанерцепт, ритуксимаб, тоцилизумаб, абатацепт;
  • при недостаточном ответе на ингибиторы ФНО эффективен переход на ритуксимаб, тоцилизумаб, абатацепт;
  • переключение на другой антиФНО при недостаточном эффекте первого препарата из этой группы возможно, но менее подтверждено фактами;
  • ингибиторы ФНО повышают вероятность инфекций.
  • ревматологи – специалисты, которые первично занимаются больными РА;
  • лечение больных РА должно быть направлено на наилучшие результаты и базироваться на совместном решении врача и пациента;
  • РА – дорогое заболевание в отношении медицинских расходов и затрат, связанных со снижением производительности, оба обстоятельства должны рассматриваться лечащим ревматологом.
  1. Как только больному устанавливается диагноз РА, ему сразу должно быть назначено лечение синтетическим БПВП.
  2. Цель лечения – как можно более быстрое достижение ремиссии или низкой активности болезни у каждого пациента, если эта цель не достигается, необходим подбор терапии путем частого и непосредственного мониторинга (каждые 1–3 мес.).
  3. Метотрексат должен быть частью первой стратегической схемы лечения у больных активным РА.
  4. В случае противопоказаний к назначению метотрексата (или его непереносимости), следующие БПВП должны обсуждаться в качестве (первой) стратегии лечения: сульфасалазин, лефлуномид и соли золота (инъекции).
  5. Для больных, ранее не получавших БПВП, рекомендуется монотерапия, а не комбинированная терапия синтетическими БПВП.
  6. Глюкокортикоиды могут быть полезны в качестве первоначального метода терапии (кратковременного) в комбинации с синтетическим БПВП.
  7. Если после первоначального назначения БПВП цель терапии не достигнута, при наличии факторов неблагоприятного прогноза (положительные тесты на ревматоидный фактор и антицитруллиновые антитела, раннее появление эрозий, быстрое прогрессирование, высокая активность болезни), должно быть обсуждено добавление ГИБП. При отсутствии факторов неблагоприятного прогноза должно быть обсуждено переключение на другой синтетический БПВП.
  8. Больным, недостаточно отвечающим на метотрексат и/или другие синтетические БПВП, должны быть назначены ГИБП. Текущая практика состоит в назначении ингибитора ФНО-альфа, который должен комбинироваться с метотрексатом.
  9. При неудаче (неэффективности или непереносимости) тера-пии первым ингибитором ФНО пациенту должен быть назначен либо второй ингибитор ФНО, либо препараты других классов – абатацепт, ритуксимаб или тоцилизумаб.
  10. При рефрактерном тяжелом РА либо при наличии противопоказаний к ГИБП или указанным ранее синтетическим БПВП может обсуждаться назначение следующих препаратов в монотерапии или комбинации с вышеуказанными средствами: азатиоприн, циклоспорин А, циклофосфамид.
  11. Стратегии интенсивного лечения должны применяться у каждого пациента, в первую очередь у больных с неблагоприятными прогностическими факторами.
  12. Если больной находится в стойкой ремиссии, доза ГК должна быть снижена, возможно обсуждение снижения дозы ГИБП, особенно если эта терапия комбинируется с синтетическим БПВП.
  13. В случае длительной устойчивой ремиссии может быть обсуждено осторожное титрование дозы БПВП, как общее решение врача и пациента.
  14. У пациентов, имеющих факторы неблагоприятного прогноза и ранее не получавших БПВП, может быть обсуждено назначение метотрексата в комбинации с ГИБП (в качестве первой схемы лечения).
  15. При подборе терапии, кроме активности болезни, должны учитываться такие факторы, как прогрессирование рентгенологических изменений, сопутствующие заболевания и соображения безопасности лечения. Таким образом, можно видеть, что в клинических рекомендациях по лечению РА делается акцент на максимально раннее начало терапии сильнодействующими медикаментозными средствами, такими как метотрексат и ГИБП. При этом для пациентов, имеющих серьезный прогноз, признается возможным использование комбинации метотрексата и ГИБП в качестве первой схемы патогенетической терапии.
Читайте также:  ТТГ норма при беременности 1-2-3 триместр, таблица по неделям, почему повышен, низкий, что делать

Возможность индукции клинической ремиссии изучалась в многоцентровом международном исследовании COMET (COmbination of Methotrexate and ETanercept) [25, 26], которое было проведено на большой группе больных ранним РА. В это рандомизированное исследование было включено 542 больных ранним (до 2 лет) активным РА, ранее не получавших метотрексат. Исследование проводилось в 2 этапа. На первом этапе пациенты были рандомизированы на 2 группы: 1-я группа – 274 больных получали комбинацию метотрексат (в дозе до 20 мг/нед) и ЭТН 50 мг/нед; 2-я группа – 268 больных получали метотрексат (до 20 мг/нед) и плацебо. Продолжительность первого этапа лечения составила 52 недели. Основной конечной точкой исследования было достижение клинической ремиссии по критериям EULAR (то есть индекс активности DAS28 ? 2,6 балла). До начала исследования 21% больных получали БПВП (но не метотрексат и не ГИБП), 49% – глюкокортикоиды и 74% – нестероидные противовоспалительные препараты.

Ревматоидный артрит – современный взгляд на проблему

Ревматоидный артрит – современный взгляд на проблему

В настоящее время проблема костно-мышечной патологии находится в центре внимания всей мировой научной общественности. Ревматоидный артрит – наиболее частое воспалительное заболевание суставов. Хроническая боль, прогрессирование деструкции суставов и нарушение функции опорно-двигательного аппарата приводят к ухудшению качества жизни и ранней инвалидизации больных. В статье представлен современный алгоритм диагностики раннего ревматоидного артрита, освещены основные подходы к лечению заболевания.

Ревматоидный артрит (РА) – хроническое воспалительное аутоиммунное заболевание соединительной ткани, при котором поражаются преимущественно периферические суставы с развитием в них эрозивно-деструктивных изменений. Воспаление при РА затрагивает синовиальную оболочку сустава, приводя к гиперплазии синовиальной ткани, разрушающей суставные хрящи и подлежащую субхондральную кость.

По современным представлениям, в основе развития РА лежит генерализованный дефект иммунорегуляторных механизмов, определяющих развитие клеточных и гуморальных реакций. Это приводит к хроническому, прогрессирующему воспалению, затрагивающему не только суставы, но и различные органы и системы.

Для РА характерна патологическая активация системы иммунитета с преобладанием иммунного ответа T-хелперов 1 типа (Th1), нарушением баланса между синтезом «провоспалительных» цитокинов макрофагальной природы (фактора некроза опухоли α [ФНО-α], хемокинов, интерлейкина-1 [Il-1]) и «антивоспалительных» (Il-10 и др.) [1, 2]. В то же время существенную роль в индукции и прогрессировании РА играют цитокины Th2, а также Il-6, неконтролируемый синтез которых лежит в основе гиперпродукции органо-неспецифических аутоантител, циркулирующих иммунных комплексов. Образование комплексов «антиген-антитело» ведет к активации системы комплемента, продукты которой («мембрано-атакующий» комплекс С5-9 и анафилотоксины С3а и С5а) обладают выраженным «провоспалительным» и цитотоксическим потенциалом. Фундаментальное значение в патогенезе РА имеют дефекты апоптоза иммунокомпетентных клеток, нарушения нормальных механизмов клиренса «апоптозных» клеток и иммунных комплексов из кровяного русла.
Доказано, что именно первые годы болезни являются решающими в развитии и прогрессировании патологического процесса. Наибольшее нарастание рентгенологических изменений в суставах наблюдается именно в течение первых двух лет болезни, что коррелирует с неблагоприятным прогнозом заболевания [3]. В связи с этим рекомендуется активно проводить диагностические и лечебные мероприятия на ранней стадии РА.

Ранний РА – условно выделенная клинико-патогенетическая стадия заболевания с длительностью активного синовита до 1 года. В зарубежной литературе также выделяют очень ранний РА («very early RA») – при длительности болезни менее 3 месяцев и поздний ранний РА («late early RA») – от 6 до 12 месяцев течения. Ранний РА характеризуется преобладанием экссудативных изменений в пораженных суставах, частым атипичным течением и хорошим ответом на лечение.
Обратимость патологических изменений и ответ на лечение существенно выше ввиду не окончательно сложившихся аутоиммунных механизмов и отсутствия паннуса – морфологической основы суставной деструкции.

Клинические стадии РА представлены в таблице 1.

Ранний РА может дебютировать как «недифференцированный артрит», т.е. артрит, не соответствующий классификационным критериям РА и других ревматических заболеваний. Клинические варианты недифференцированного артрита представлены [4]: олигоартритом крупных суставов, асимметричным артритом суставов кистей, серонегативным по РФ олигоартритом суставов кистей, мигрирующим нестойким полиартритом.

До настоящего времени для диагностики РА активно использовались критерии Американской коллегии ревматологов (ACR) пересмотра 1987 г., которые обладают достаточно высокой чувствительностью (91–94%) и специфичностью (89%) на развернутой стадии заболевания [5]. Однако при раннем РА они недостаточно информативны. Так, по результатам исследования, проведенного на нашей кафедре, чувствительность критериев АСR при длительности заболевания до 3 месяцев составляет 44,8%, до 6 месяцев – 57,03%, до 12 месяцев – 65,1% [6]. В 2010 г. ACR совместно с экспертами Европейской антиревматической лиги (EULAR) были представлены новые классификационные критерии РА (табл. 2) с более высокой чувствительностью на ранней стадии заболевания, а также с учетом нового серологического маркера – антитела к циклическому цитруллинированному пептиду (АЦЦП) [7].

Пациенты с «недифференцированным артритом» требуют динамического наблюдения и проведения тщательного дифференциального диагностического поиска. Важным иммунологическим маркером раннего РА являются АЦЦП, особенно при серонегативном по ревматоидному фактору (РФ) заболевании. Как известно, РФ имеет низкую чувствительность в дебюте заболевания. Серопозитивность по АЦЦП является фактором риска развития эрозивных изменений в суставах и указывает на возможное неблагоприятное течение РА.

Первым пунктом рекомендаций является своевременное выявление и направление больных к ревматологу с подозрением на ранний РА. Для этой цели может быть использован диагностический алгоритм скрининга пациентов, предложенный еще в 2002 г. группой авторитетных ревматологов. Emery et al. выделили признаки, вызывающие подозрение на ранний ревматоидный артрит: наличие более трех воспаленных суставов, поражение пястно-фаланговых/плюснефаланговых (ПФ/ПлФ) суставов – положительный тест «сжатия», а также продолжительность утренней скованности (табл. 4) [9].

В случае субклинического синовита и при отсутствии изменений на рентгенограммах возможно дополнительное назначение ультразвукового допплеровского сканирования (УЗИ) суставов или магнитно-резонансной томографии (МРТ). Данные методы обладают более высокой чувствительностью в выявлении признаков синовита и эрозий костной ткани, чем рентгенография. Недостатками УЗИ суставов являются диагностические сложности при исследовании мелких суставов кистей и стоп, также затруднена количественная оценка эрозий. МРТ суставов позволяет наиболее точно оценить не только эрозивные, но и преэрозивные (отек костного мозга, ревматоидный остеит) изменения костной ткани.

Учитывая основные звенья патогенеза заболевания, главными целями лечения РА являются подавление симптомов артрита и внесуставных проявлений, предотвращение костной деструкции и деформации суставов, сохранение качества жизни и достижение ремиссии заболевания. В случае назначения активного лечения на очень ранней стадии (до 3 месяцев) достичь ремиссии удается у 47% больных через 6 месяцев и у 58,1% больных через 12 месяцев [10]. Таким образом, ранняя стадия РА является наиболее сложной для диагностики и стратегически важной для лечения.

При выборе терапии РА необходимо учитывать:
– Стадию заболевания (ранняя, развернутая, поздняя).
– Активность воспаления.
– Наличие факторов неблагоприятного прогноза.
– Коморбидность.

Маркерами неблагоприятного прогноза у пациентов с ранним РА являются[12]:
– молодой возраст;
– женский пол;
– высокие титры РФ и/или АЦЦП;
– эрозивный процесс в суставах по данным рентгенографического или МРТ – исследований;
– повышение уровней острофазовых показателей: СОЭ или СРБ;
– высокая активность заболевания согласно индексам DAS28, SDAI или CDAI;
– внесуставные проявления (синдром Шегрена, поражение легких и т.д.).

Главным в лечении РА является раннее назначение базисных противовоспалительных препаратов (БПВП). Согласно рекомендациям EULAR (2010), как только больному устанавливается диагноз РА, ему сразу должно быть назначено лечение синтетическим БПВП.

Метотрексат должен быть частью первой стратегической схемы лечения у больных активным РА. В случае противопоказаний к назначению метотрексата (или его непереносимости) следующие БПВП должны обсуждаться в качестве (первой) стратегии лечения: сульфасалазин, лефлуномид и соли золота (инъекции).

Больным, ранее не получавшим БПВП, рекомендуется проведение монотерапии БПВП.

К БПВП первого ряда отнесены метотрексат, лефлуномид и сульфасалазин Доказана их эффективность в отношении предотвращения деструктивных изменений суставов (уровень доказательности А). Препараты «второй линии» – гидроксихлорохин, препараты золота и др. – применяются при неэффективности препаратов первого ряда либо в комбинации с ними.

Если после первоначального назначения БПВП цель терапии не достигнута, при наличии факторов неблагоприятного прогноза (РФ+/АЦЦП+, раннее появление эрозий, быстрое прогрессирование, высокая активность болезни) должно быть обсуждено добавление генно-инженерных биологических препаратов ГИБП. При отсутствии факторов неблагоприятного прогноза следует рассмотреть вопрос о применении другого синтетического БПВП.

Больным, недостаточно отвечающим на метотрексат и/или другие синтетические БПВП, должны быть назначены ГИБП. Текущая практика состоит в назначении ингибитора ФНО, который должен комбинироваться с метотрексатом.
При неэффективности или непереносимости терапии первым ингибитором ФНО пациенту должен быть назначен второй ингибитор ФНО, абатацепт, ритуксимаб или тоцилизумаб.

При рефрактерном тяжелом РА либо при наличии противопоказаний к ГИБП или указанным ранее синтетическим БПВП может обсуждаться назначение следующих препаратов в монотерапии или комбинации с вышеуказанными средствами: азатиоприн, циклоспорин А, циклофосфамид [13].

Глюкокортикоиды могут быть применены в качестве первоначального метода терапии (кратковременного) в комбинации с синтетическим БПВП.

Назначение нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП) должно проводиться только в сочетании с активной базисной терапией.

В целях уменьшения болевого синдрома рекомендуется применять НПВП в наименьших эффективных дозах, особенно у пациентов с высоким риском кардиоваскулярных осложнений [14].

Таким образом, диагностика и лечение РА является сложной задачей. Однако возможности современной терапии этого заболевания возрастают, что позволяет улучшить продолжительность и качество жизни больных.

Список литературы

1. Konttinen Y.T., Seitsalo S., Lehto M., Santavirta S. Current management: Management of rheumatic diseases in the era of biological anti-rheumatic drugs. Acta Orthop 2005;76(5): 614–9.
2. Furst D.E., Breedveld F.C., Kalden J.R., et al. Updated consensus statement on biological agents, specifically tumour necrosis factor a (TNFa) blocking agents and interleukin-1 receptor antagonist (IL-1ra), for the treatment of rheumatic diseases, 2005. Ann Rheum Dis 2005;64:iv2 – iv14.
3. Duffy T., Bresnihan B. Early arthritis – mechanisms of synovitis and prevention of damage. Rheumatology Highlights 2001; 2(7):14.
4. Mjaavatten M.D., Haugen A.J., Helgetveit K. et al. Pattern of joint involvement and other disease characteristics of 364 patient with arthritis of less than 16 weeks duration. J Rheumatol. 2009;36:1401-1406.
5. Arnett F.C., Edworthy S.M., Bloch D.A. et al. The American Rheumatism
Association 1987 revised criteria for the classification of rheumatoid arthritis. Arthr Rheum 1988;31:315–324.
6. Мурадянц А.А. Ранний ревматоидный артрит: клинико-лабораторные и инструментальные аспекты диагностики. Автореф. дис. на соиск. канд. мед.наук. Ярославль, 2000. 29 с.
7. Corrao S., Calvo L., Licata G. The new criteria for classification of rheumatoid arthritis: what we need to know for clinical practice. European Journal of Internal Medicine 2011;22:217–219.
8. Combe B., Landewe R., Lukas C. et al. EULAR recommendations for the management of early arthritis: report of a task force of the European Standing Committee for International Clinical Studies Including Therapeutics (ESCISIT). Ann Rheum Dis 2007;66:34–45.
9. Emery P., Breedveld F.C., Dougados M. et al. Early referral recommendation for newly diagnosed rheumatoid arthritis: evidence based development of a clinical guide. Ann Rheum Dis 2002;61(4):290–297.
10. Vermeer M., Kuper H., Hoekstra M. et al. Implementation of a treat to target strategy in very early rheumatoid arthritis: Results of the DREAM remission induction cohort. Arthritis Rheum. 2011; DOI: 10.1002/art.30494.
11. Smolen J.S., Aletaha D., Bijlsma J.W. et al. Treating rheumatoid arthritis to target: recommendations of an international task force. Ann Rheum Dis 2010;69(4): 631—63.7
12. Targeted treatment of the rheumatic diseases/ edited by M.H.Weisman, M.E.Weinblatt, J.S.Louie, R.F. van Vollenhoven: Published 2009 by W.B. Saunders Company p. 1-45.
13. Cecile Gaujoux-Viala, Josef S Smolen, Robert Landewe, at al. Ann Rheum Dis 2010 69: 1004-1009 originally published online May 6, 2010,

Ссылка на основную публикацию